Понедельник, 26.06.2017, 18:37
Приветствую Вас Гость | RSS
Меню сайта
Форма входа
Поиск
Календарь
«  Июнь 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 7532
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Сайт Александра Лагуновского

Образ Сталина в русской литературе

Образ Сталина в русской литературе

В течение двух десятилетий сталинская тема была едва ли не основной в русской литературе. На пленумах писательского союза, в интимных признаниях классиков советской литературы и их литературных героев звучала она. В кино, романах, повестях, пьесах и, конечно, лирических стихотворениях, в фольклоре образ Сталина, возглавляемого им Дела занимал центральное место.
Как вы думаете, кто автор этих строк:

А в те же дни на расстоянье,
За древней каменной стеной,
Живёт не человек – деянье,
Поступок ростом в шар земной.

Судьба дала ему уделом
Предшествующего пробел:
Он – то, что снилось самым смелым,
Но до него никто не смел.

В собранье сказок и реликвий,
Кремлём плывущих над Москвой,
Столетья так к нему привыкли,
Как к бою башни часовой?

Стихотворение было напечатано в новогоднем номере «Известий» за 1936 год. Если не знаете, ни за что не догадаетесь. Автор – Б.Л.Пастернак. Именно Пастернак стал первопроходцем в освоении сталинской темы среди русских литераторов и вдохновил на это дело других художников слова.

С начала 1936 года вынашивал замысел создания пьесы о Сталине М.А.Булгаков. 18 февраля 1936 года Булгаков разговаривал с директором МХАТа и сказал, что «единственная тема,  которая  его  интересует  для  пьесы,  это  тема  о Сталине» (ГБЛ, ф. 562, к. 2, ед. хр. 25). Как известно, через три года такая пьеса была написана. Почему именно пьесой «Батум» завершил свой творческий путь Булгаков, до сих пор гадают историки литературы.

Даже автор стихотворения «Мы живём, под собою не чуя страны…» О.Мандельштам – и то, в конце концов, написал «Оду Сталину». Вот отрывок из этого «шедевра»:

Когда б я уголь взял для высшей похвалы —
Для радости рисунка непреложной,—
Я б воздух расчертил на хитрые углы
И осторожно и тревожно.
Чтоб настоящее в чертах отозвалось,
В искусстве с дерзостью гранича,
Я б рассказал о том, кто сдвинул мира ось,
Ста сорока народов чтя обычай.
Я б поднял брови малый уголок
И поднял вновь и разрешил иначе:
Знать, Прометей раздул свой уголек,—
Гляди, Эсхил, как я, рисуя, плачу!
...........................................................
Он свесился с трибуны, как с горы,
В бугры голов. Должник сильнее иска,
Могучие глаза решительно добры,
Густая бровь кому-то светит близко,
И я хотел бы стрелкой указать
На твердость рта — отца речей упрямых,
Лепное, сложное, крутое веко — знать,
Работает из миллиона рамок.
Весь — откровенность, весь — признанья медь,
И зоркий слух, не терпящий сурдинки,
На всех готовых жить и умереть
Бегут, играя, хмурые морщинки.
.........................................................
Глазами Сталина раздвинута гора
И вдаль прищурилась равнина.
Как море без морщин, как завтра из вчера —
До солнца борозды от плуга-исполина.
Он улыбается улыбкою жнеца
Рукопожатий в разговоре,
Который начался и длится без конца
На шестиклятвенном просторе.
И каждое гумно и каждая копна
Сильна, убориста, умна — добро живое —
Чудо народное! Да будет жизнь крупна.
Ворочается счастье стержневое.

И шестикратно я в сознаньи берегу,
Свидетель медленный труда, борьбы и жатвы,
Его огромный путь — через тайгу
И ленинский октябрь — до выполненной клятвы.
Уходят вдаль людских голов бугры:
Я уменьшаюсь там, меня уж не заметят,
Но в книгах ласковых и в играх детворы
Воскресну я сказать, что солнце светит.
Правдивей правды нет, чем искренность бойца:
Для чести и любви, для доблести и стали
Есть имя славное для сжатых губ чтеца —
Его мы слышали и мы его застали.

Вот такой многословной, косноязычной и беспомощной явилась попытка восхваления вождя у Мандельштама. В то время как строки о «кремлёвском горце», у которого «толстые пальцы, как черви, жирны» были впечатляющими  и чеканно простыми. Я специально привожу полный текст «Оды», чтобы каждый мог в этом убедиться. 
Сталинская тема в советской литературе  многообразна и жанрово разнородна.  Это поэмы, исторические повести, пьесы, киносценарии, лирические стихотворения и песни. Они различны и по своей творческой манере и по степени художественного мастерства, но они едины по своей идее и по тому чувству, которым они проникнуты. Во всех них видно стремление как можно ярче и вернее воспроизвести образ «величайшего гения современности». Выражая заветные думы и чаяния народов  многонационального государства, советские писатели и поэты обращали слова  любви и благодарности к великому вождю, учителю и другу:

Много песен поет наш советский народ
Над полями, лесами густыми,
В каждой песне звучит, в каждой песне живёт
Всенародное Сталина имя.

К воссозданию образа Сталина в 30-е годы обратился родоначальник литературы социалистического реализма А. М. Горький. Собираясь написать художественное произведение о Сталине, он начал подготавливать документальный материал. Преждевременная смерть писателя прервала эту работу. Однако высказывания о Сталине, содержащиеся в ряде статей и выступлении Горького, дают основание предполагать, какие черты образа вождя писатель намеревался осветить в первую очередь. Горького поражали грандиозность сталинских замыслов, величие его труда, колоссальная энергия и воля. Писатель с восхищением говорит о "неутомимой работе" товарища Сталина, о его "неиссякаемой, все растущей энергии", называет его "человеком могучей организаторской силы". Наиболее развернуто Горький дал образ Сталина в статье "Правда социализма" (1934). В этой статье он писал: "Непрерывно и все быстрее растет в мире значенье Иосифа Сталина, человека, который наиболее глубоко освоив энергию и смелость учителя и товарища своего, вот уже десять лет достойно замещает его на труднейшем посту вождя партии. Он глубже всех других понял: подлинно и непоколебимо революционно-творческой может быть только истинно и чисто пролетарская, прямолинейная – энергия, обнаруженная и воспламененная Лениным. Отлично организованная воля, проницательный ум великого теоретика, смелость талантливого хозяина, интуиция подлинного революционера, который умеет тонко разобраться в сложных качествах людей и, воспитывая лучшие из этих качеств, беспощадно бороться против тех, которые мешают первым развиться до предельной высоты, - поставили его на место Ленина. Пролетариат Союза Советов горд и счастлив тем, что у него такие вожди, как Сталин".
В речи на I Всесоюзном съезде советских писателей Горький особо подчеркнул ту высокую ответственность, которая ложится на деятелей советской культуры, живущих и работающих в стране, давшей миру Ленина и Сталина: "Мы выступаем в стране, освещенной гением Владимира Ильича Ленина, где неутомимо и чудодейственно работает железная воля Иосифа Сталина.
Вот, что надобно крепко помнить нам в нашей работе и во всех выступлениях наших перед миром".
Воссоздавая облик вождя, советские писатели стремились воссоздать его с наибольшей полнотой и тщательностью. Так в поэме Степана Щипачева "Домик в Шушенском" (1944) воспроизведён дооктябрьский период биографии  Сталина. Поэт Щипачев показывает в своей поэме, как Сталин отстаивал ленинскую теорию в борьбе с представителями  буржуазно-националистических партий Закавказья: "Когда от духоты на сходке, свечи Тусклей горят и споры горячи, В его спокойной и негромкой речи, Как клятва, имя Ленина звучит".
Деятельность  Сталина в качестве одного из вдохновителей октябрьского переворота также нашла отражение в многочисленных произведениях советских писателей.  Широко известны строки из поэмы В.В. Маяковского "Владимир Ильич Ленин" (1924), рисующие Смольный в Октябрьские дни: "Штыками тычется чирканье молний, матросы в бомбы играют, как в мячики. От гуда дрожит взбудораженный Смольный. В патронных лентах внизу пулемётчики".
Вот раздаются слова приказа, с которыми кто-то из командиров обращается к бойцам революции, и в "желанной железной буре" перед нами сразу же возникает образ товарища Сталина, вместе с Лениным осуществляющего непосредственное руководство восстанием: "- Вас вызывает товарищ Сталин. Направо третья, он там. - Товарищи, не останавливаться! Чего стали? В броневики и на почтамт!"
Из художественных произведений, рисующих роль  Сталина во время Октябрьских событий,  нельзя пропустить пьесу И. Погодина "Человек с ружьём" (1937). В ней чрезвычайно рельефно показано «великое» содружество Ленина и Сталина, обрисована их совместная работа по организации отпора наступлению отрядов Керенского.
Ленин постоянно спрашивает о Сталине, беседует с ним по телефону, договаривается о встрече. Он советуется со своим ближайшим «другом» и «соратником» по самым важным военным и политическим вопросам, горячо одобряет его деятельность.
К. Е. Ворошилов указывал: "Нельзя говорить и писать о Сталине, чтобы не говорить и не писать о героической истории и героических битвах Красной Армии...". (К.Е. Ворошилов. Сталин и строительство Красной Армии, стр. 3. Госполитиздат. 1941.) В советской художественной литературе эта сторона деятельности  Сталина получила наиболее обстоятельное и подробное освещение.
Согласно распространённой легенде, в период гражданской войны ЦК партии большевиков направлял Сталина на самые ответственные участки фронта. Там, писал всё тот же К.Е.Ворошилов, "где контрреволюционные силы, развивая свои успехи, грозили самому существованию советской власти, где смятение и паника могли в любую минуту превратиться в беспомощность, катастрофу, - там появлялся товарищ Сталин. Он не спал ночей, он организовывал, он брал в свои твёрдые руки руководство, он ломал, был беспощаден и - создавал перелом, оздоровлял обстановку ". (К. Е Ворошилов. Сталин и Красная Армия, стр. 7. Воениздат. 1937.)
Летом 1918 года таким важнейшим участком стал Царицын, являвшийся тогда единственным пунктом, который связывал окруженную врагами Советскую республику с хлебными и нефтяными районами Юга. Захват Царицына белогвардейцами привёл бы, кроме того, к объединению сил южан с Колчаком.
Руководство  Сталина обороной Царицына и его работа по обеспечению продовольствием советской республики с наибольшей полнотой и яркостью отражены в повести А.Н.Толстого "Хлеб" (1937). Произведение А.Толстого – вообще едва ли не самое талантливое и потому особенно любимое вождём художественное воплощение его образа в литературном произведении.  В повести А. Н. Толстого  Сталин нарисован в различные моменты своей деятельности. Вначале мы видим его в кабинете Ленина в Смольном, в тяжелейшие дни зимы 1918 года, когда решался вопрос о мире с Германией. Создавая портрет Сталина, Толстой попытался уже через описание внешних черт дать почувствовать мощь сталинского гения.
Писатель находит яркую художественную форму и для выражения полного единства мнений Ленина и Сталина по вопросам внутренней и внешней политики партии и советского государства, Ленин знакомит своего любимого «соратника» и «друга» со своей только что написанной статьёй, которая направлена против предательской тактики троцкистов и "левых коммунистов": "Сталин глядел ему в глаза, - казалось, оба они читали мысли друг друга".
Толстой рисует  Сталина, отстаивающего на заседании ЦК ленинскую точку зрения по вопросу о мире, потом - работающего вместе с Лениным в его кабинете над организацией обороны Петрограда. Но самыми  удавшимися в художественном отношении являются картины, показывающие деятельность  Сталина в Царицыне.
Уже самое описание приезда  Сталина вызывает ощущение того, что этот приезд явится поворотным пунктом в развитии событий. На всех тех, кто сопровождает  Сталина, лежит отпечаток какой-то особенной организованности и дисциплинированности. Их суровый облик, собранность и деловитость представляют яркий контраст с той беспечностью и расхлябанностью, которые были до этого типичны для царицынской обстановки. У прибывших всё рассчитано, все предусмотрено: на площадках - броневики, на случаи нападения, в конце поезда - платформы с запасными рельсами и шпалами, на случай порчи пути. Первым сходит комендант, затем высаживается вооруженный отряд московских рабочих и молча выстраивается вдоль вагонов. Всё просто и строго. Ничего лишнего, никакой сутолоки и суеты. И когда появляется он сам, народный комиссар, "общий руководитель продовольственного дела на юге России, облечённый чрезвычайными правами", то сразу же становится ясным, что именно от него, от Сталина, исходят вся эта четкость, спокойствие и деловитость.
"...На площадку классного вагона вышел человек в чёрной - до ворота застёгнутой - гимнастерке, в чёрных штанах, заправленных в мягкие сапоги. Худощавое смуглое лицо его было серьезное и спокойное, усы прикрывали рот. Он взялся за поручень площадки и неторопливо сошел".
Вопреки ожиданию царицынских руководителей, что встреча будет носить официально-торжественный характер,  Сталин сразу же, не теряя времени, приступил к делу.
Пригласив местных работников в свой вагон, он стал задавать им "десятки коротких и точных вопросов", не принимая пространных объяснений, требуя конкретных данных, цифр. Когда один из присутствовавших захотел перевести разговор на "общереволюционные" темы, то сейчас же почувствовал, что не в силах "разорвать круг оцепляющих его точных, анализирующих вопросов" Сталина.
В повести ярко и живо обрисован сталинский стиль работы, благодаря которому не только была выяснена в предельно короткий срок "полная картина всего происходящего в городе, в крае и на фронтах", но и немедленно были приняты меры для исправления положения.
"...Сталин начал работу. Два его секретаря, молчаливые и бесшумные, вызывали по телефону председателей и секретарей партийных и советских организаций и учреждений, подготовляли материалы, стенографировали, впускали и выпускали вызванных..."
Толстой мастерски показывает грандиозные масштабы деятельности, которую развернул Сталин.
Мы видим его и в вагоне, работающего дни и ночи, и в арсенале, лично проверяющего запасы оружия, и на заводах, беседующего с рабочими, и в окопах, непосредственно руководящего боевыми операциями. Всюду его могучая воля и неисчерпаемая энергия поднимают народные массы на бои и на труд, организовывает их, направляют их усилия к единой цели. Для разъяснения трудящимся Царицына стоящих перед ними задач Сталин мобилизовал все партийные и профсоюзные организации города. В течение нескольких дней "всё было поднято на ноги". По образному выражению автора повести, вагон Сталина был "тем сердцем, которое гнало организованную волю по всем извилинам города" и по всему царицынскому фронту. До сознания каждого коммуниста, рабочего, красноармейца были доведены чрезвычайная важность и ответственность их дела для обороны всей Советской республики.
В повести показано, как действует сила сталинского руководства. В короткое время положение в Царицыне коренным образом меняется. Наступает перелом во всех сферах жизни. Ликвидируются путаница и неразбериха, налаживается работа всех звеньев советского и партийного аппарата. Во всем наводится революционный порядок. Эшелоны с продовольствием идут в Москву. Сталин укрепил оборону города, объединил разрозненные отряды в могучую боевую силу, создав новую, 10-ю армию под командованием К.Е.Ворошилова. Повесть заканчивается описанием разгрома белогвардейских войск.
Высокохудожественное произведение А.Н.Толстого, замечательно нарисовавшее образ Сталина, сыграло исключительную роль в создании мифа о Сталине как о гениальном политическом деятеле и полководце, неразрывно связанном с народом, мифа о великом содружестве Ленина и Сталина.
Кроме этих произведений, царицынская эпопея отражена также и в ряде стихотворений и народных песен о Сталине.
В мае 1919 года, когда наступление  войск Юденича создало угрозу Петрограду,  Сталин был направлен на Петроградский фронт. Руководство Сталиным обороной Петрограда и подавлением  восстания, вспыхнувшего в фортах "Красная Горка" и "Серая Лошадь", получило  отображение в пьесе Вс. Вишневского "Незабываемый 1919-й».
В прологе к пьесе показана беседа Сталина с Лениным; Ленин вручает  Сталину мандат, облекающий его самыми широкими полномочиями. Далее мы видим Сталина, наводящего революционный порядок в штабе фронта. Выразительно показано посещение Сталина делегацией путиловских рабочих. "Надежда на Вас, товарищ Сталин", - говорит один из членов делегации, и мы чувствуем, что это голос «многомиллионных» масс народа. Неиссякаемой верой в победу проникнуты слова Сталина: "...Все препятствия одолеем, и какие бы враги ни встретились на пути, - мы одержим верх..." (1-й акт, картина 2-я). В заключительной сцене мы видим  Сталина на передовых позициях, беседующего с моряками перед боем. Пьеса завершается  телеграммой  Сталина Ленину 16 июня 1919 года о взятии советскими войсками мятежных фортов и ликвидации опасности, нависшей над Петроградом.
Следующим этапом деятельности  Сталина во время гражданской войны, получившим развёрнутое отображение в советской художественной литературе, является разгром Деникина осенью 1919 года.
Как известно, летом 1919 года деникинские войска овладели всей Украиной и стремительно двинулись к Москве. Положение советской республики становилось критическим. Тогда Сталин был направлен на Южный фронт.
О работе Сталина на Южном фронте, о гениальном сталинском плане наступления на Деникина через Харьков - Донбасс - Ростов, о разгроме деникинских войск у Орла и Воронежа, осуществленном под руководством  Сталина, рассказывается в пьесе А.Н. Толстого "Путь к победе" (1939) и частично в романе К. Федина "Необыкновенное лето" (1948).
В начале пьесы А.Н. Толстого мы видим  Сталина в Кремле, беседующего с Лениным о международном и военном положении Советской республики (действие 2-е, картина 3-я).  Сталин сообщает Ленину о предательской тактике Троцкого и излагает свой план наступления на Деникина. Ленин полностью соглашается с этим планом.
В ответ на выраженную Лениным уверенность в скором освобождении от белых всей территории России, Сталин с восхищением говорит о "поразительной силе оптимизма" в народе и в Ленине. С большой  теплотой писатель рисует трогательную заботу Ленина и Сталина друг о друге: каждый беспокоится об отдыхе другого, и обоим нет времени отдохнуть...
Затем мы видим Сталина в штабе Южного фронта в Серпухове, непосредственно руководящего наступлением на Деникина (действие 3-е, картина 5-я). Как и в повести "Хлеб", усилия писателя направлены здесь на то, чтобы показать в Сталине сочетание военного гения с политическим. Решительными мерами Сталин добивается перелома в ходе военных действий и осуществляет полный разгром войск Шкуро и Мамонтова.
В последней главе романа К. Федина "Необыкновенное лето" изображен приезд  Сталина в части 1-й Конной армии зимой 1919 года.
Писатель подчеркивает рост авторитета и популярности Сталина в войсках после блестящих побед, одержанных под его водительством.
"... Теперь слово - Сталин - облетело не одну армию, не один фронт. После телеграммы Сталина о победе под Воронежем его имя прозвучало на всех фронтах, и для всей Красной Армии приобретало особое - полководческое - содержание". Федин с большим искусством показывает это и через восприятие героя произведения - Кирилла Извекова: в представлении Извекова образ великого полководца всё больше сливается с крепнущей и закаляющейся Красной Армией. Поэтому-то "удивительно странно, а вместе так понятно казалось ему, что между впечатлением конницы, содрогнувшей степь, и впечатлением от человека в солдатской шинели, быстро скользнувшего по снегу в русских лёгких санках, - между этими разными впечатлениями заключалось такое нераздельное единство".
Писатель, далее, рисует встречу своего героя со Сталиным после смотра будённовской конницы. Кирилл увидел Сталина в группе командиров, слушающего рассказ одного из них о разведывательной операции: "Сталин коротко и пристально взглядывал на него, пропуская папиросный дымок под тёмными усами". В описании последовавшего разговора очень живо передан ряд черт, свойственных Сталину: его обыкновение исчерпывающе уяснять себе положение вещей, его исключительно внимательное отношение к людям, его мягкий юмор.
После смерти Ленина Сталин, как известно, занял его место. Постепенно он стал единолично руководить страной, отстранив от власти прежних большевистских лидеров. Из-за своих амбиций многие из них лишились не только власти, но и жизни. Сталин же вёл страну по пути социалистических преобразований, как  он сам их понимал. Ключевыми в деятельности Сталина стали индустриализация и коллективизация всей страны. Темы индустриализации и коллективизации стали основными в литературе тридцатых годов. Теме коллективизации посвящены такие известные произведения, как «Поднятая целина»(1932)  М.Шолохова и «Страна Муравия» (1936) А.Твардовского.
В произведении А.Твардовского показывается рождение в народе легенды о том, как по всем городам и весям
едет Сталин, едет сам
На вороном коне.
 
Вдоль синих вод, холмов, полей,
Проселком, большаком,
В шинели, с трубочкой своей
Он едет прямиком.
 
В одном краю, В другом краю
Глядит, с людьми беседует
И пишет в книжечку свою
Подробно всё, что следует.

Самое возникновение такой легенды должно свидетельствовать, по мысли поэта, об ощущении народными массами своей постоянной и нерушимой связи с вождём. Народ знает, что Сталин всегда с ним; тем более вождь должен быть с ним в такой трудный период в  жизни народа. И кому, как не ему, самому близкому и родному человеку, можно поведать о своих сомнениях и надеждах? К вождю обращается герой поэмы Моргунок: " - Товарищ Сталин! Дай ответ, чтоб люди зря не спорили...". Твардовский постарался передать близость народных масс к своему вождю. Характерно и то, как показан сам Сталин: он беседует с народом и всё записывает в свою книжечку. Здесь поэтически выражена одна из важнейших черт  вождей революции Ленина и Сталина, как она трактовалась в советском искусстве: постоянная живая связь с народом. Поэт стремился дать почувствовать колоссальный размах колхозного движения и мощь направляющей его сталинской воли: "Страна родная велика. Весна! Великий год!.. И надо всей страной - рука, Зовущая вперед..."
Иными художественными средствами показано руководство  Сталина колхозным движением в романе М. Шолохова "Поднятая целина". Здесь освещена та роль, которую сыграла статья  Сталина "Головокружение от успехов". Автор описывает, как читали газету, в которой была напечатана сталинская статья: "...Никогда за время существования Гремячего Лога газета не собирала вокруг себя такого множества слушателей, как в этот день. Читали, собираясь группами, в куренях, на проулках, по забазьям, на приклетках амбаров... Один читал вслух, остальные слушали, боясь проронить слово, всячески соблюдая тишину" (гл. 28-я).
Шолохов в образной, художественной форме показывает чрезвычайную действенность этого выступления  Сталина. Группа казаков, сагитированная вначале белогвардейцем Половцевым, ознакомившись со статьей Сталина, отказывается от выступления против советской власти: "...порешили мы все через эту статью в газете "Правде" не восставать", - заявляет один из "стариков" взбешенному Половцеву.
Последующее развитие Советской страны, превращение ее в индустриально-колхозную державу нашло многообразное отражение в художественной литературе.
О первом съезде колхозников-ударников и о выступлении на нем  Сталина рассказывается, например, в поэме "Катерина" (1938) нашего земляка,  поэта Петруся Бровки. В этой поэме говорится о судьбе бывшей батрачки, которую колхозный строй сделал знатным человеком страны. После того как Катерина показала образцы труда на колхозных полях, ее делегируют на съезд. В Кремле она видит великого вождя, окруженного любовью народа; с трибуны съезда она рассказывает о том, как "расцветает край колхозный", и обращается со словами горячей благодарности к товарищу Сталину.
Одним из важнейших в жизни советского государства событий стало принятие Сталинской Конституции. Поэты изрядно попотели, славословя документ, цинично прикрывавший преступления, творимые в Советском Союзе. Вдохновенные песни о Сталине и Сталинской Конституции сложили В.Лебедев-Кумач («Песня о Родине»), П.Тычина («Партия ведёт»), Д.Бедный, Я.Купала, Я.Колас и многие другие классики советской литературы.
Следующая веха в истории советского государства, связавшая воедино имя Сталина и народа – Великая Отечественная война. В  произведениях писателей  показано, как воспринималось слово вождя советским народом, как  выступления по радио  Сталина, его приказы войскам подымали  народ на отпор врагу, вызывая колоссальный патриотический подъем.
Много стихотворений, выражавших стремление советских людей встать на защиту социалистической Родины, появилось в ответ на речь  Сталина 3 июля 1941 года, которая, по образному выражению поэта,
 
Пронеслась над полями войны,
Чтоб народное сердце зажечь
(Н. Тихонов "Народные ополченцы").

Одним из самых волнующих произведений на эту тему является стихотворение К. Симонова "Дружба" (1944). Солдат услышал сталинскую речь, услышал, как вождь сказал: "Друзья мои!" - и эти "слова простые и величавые" стали для него "вернее клятвы и сильней приказа"; солдат помнил их всегда: во имя их переносил все тяготы и лишения, совершал богатырские подвиги, не колеблясь, шел на смерть.
 
И где б его сраженья ни встречали,
У волжской, у дунайской ли струи,
Ему слова бессмертные звучали:
"Друзья мои!"

В стихотворении выражена беспримерная в истории взаимосвязь между вождём и армией: солдат был велик дружбою с великим человеком, а Сталин "в своих решеньях, дружбою солдата был укреплён".
Развёрнутое отражение в советской художественной литературе получил отклик народа на сталинский доклад о 24-й годовщине Октябрьской революции 6 ноября 1941 года и речь на параде Красной Армии 7 ноября 1941 года. В этой связи следует отметить такие произведения, как киноповесть П. Павленко "Падение Берлина" (1948), поэмы М. Алигер "Зоя" (1942) и В. Инбер "Пулковский меридиан" (1942), стихотворение
К. Симонова "Суровая годовщина" (1941).
В поэме М. Алигер (гл. 2-я) говорится о том, как слова сталинского доклада звучали по всей стране. Их слушали и охваченный пламенем борьбы Севастополь, и осаждённый врагами Ленинград, и харьковские подпольщики, и партизаны того отряда, в составе которого находилась Зоя Космодемьянская; закоченевшие в снегу люди чувствуют тепло, потому что к ним "домчалась сталинская речь". Замечательно лирическое отступление в 3-й главе этой поэмы, в сцене допроса Зои. Приведя знаменитый ответ юной партизанки на вопрос, "Где находится Сталин?" - "Сталин на посту",
М. Алигер в прочувствованных строках раскрывает содержание этих слов. Если продолжается героическая борьба на фронтах и самоотверженный труд в тылу, если Родина заботится об осиротевших ребятах, если "в чёрные педели отступленья" не иссякает вера в победу, "это значит - Сталин на посту".
Поэтесса показывает, что в этих словах героини поэмы выразилась вера в непобедимость Родины.
В "Падении Берлина" П. Павленко изображён парад на Красной площади 7 ноября 1941 года. Сталин произносит свою историческую речь с трибуны мавзолея. Её слушают бойцы в окопах, рабочие в затемнённых цехах прифронтового завода. Лётчик-истребитель, услышав слова Сталина, устремляется на врага, в атаку подымается солдат. Мы видим репродуктор, висящий на стене полуразрушенной крестьянской избы: он изрешечён пулями, но голос Сталина уверенно и твердо раздаётся над полем схватки.
В ряде произведений ("Пулковский меридиан" В. Инбер, "Домик в Шушенском" С. Щипачёва, "Шуршит по крышам снеговая крупка..." А. Суркова, "Ленинское знамя" Н. Тихонова) поэты, говоря о речи Сталина 7 ноября 1941 года, передают в стихах его знаменитые слова: "Пусть осенит вас победоносное знамя великого Ленина!" - и рисуют величественный образ вождя, стоящего на трибуне мавзолея.
В стихотворении Суркова, написанном на Подмосковном фронте в декабре 1941 года, изображён  Сталин, работающий ночью в Кремле над подготовкой наступления:

...На карте фронт узорной вязью вьётся,
И он, нацелясь в чёрные кружки,
Привычным, точным жестом полководца
Отодвигает к западу флажки.
 
О том, как встретили советские люди сталинский доклад, посвящённый 25-й годовщине Октября, рассказывается с наибольшей яркостью в двух произведениях: в повести К. Симонова "Дни и ночи" (1944) и в романе А. Фадеева "Молодая гвардия" (1945).
В первом из них сталинскую речь слушают капитан Сабуров и комиссар Ванин в блиндаже, в Сталинграде, во время боя, во втором - юные подпольщики Краснодона, герои "Молодой гвардии". Симонов отмечает, что советские люди, слушая вождя, обращают внимание не только на содержание его речи, но даже на самую манеру говорить: для них важно "не только то, что скажет Сталин, но и как скажет". И вот, слушая эту речь, произнесённую в канун грандиозного наступления советских войск под Сталинградом, Сабуров чувствовал "какое-то необыкновенное спокойствие" и уверенность.
Фадеев в своём произведении с большим мастерством показывает то воодушевление, которое охватило советских людей, слушавших в оккупированном городе речь Сталина, и ощущение того, что слова вождя - это их собственные слова:
"Это они... говорили сейчас его голосом миру..." "Это говорила их месть устами человечнейшего из людей..." Когда же Сталин провозгласил славу партизанам и партизанкам, молодогвардейцы почувствовали, что это относится и непосредственно к ним:
" - Вы слышали?.. Он это сказал!.. - воскликнул Олег, глядя на всех блестящими счастливыми глазами..."
И Алигер, и Инбер, и Фадеев, и Симонов, как и многие другие советские писатели и поэты, показывают с различных сторон и в различных проявлениях по сути дела одно: связь вождя с народом, силу сталинского влияния на народ - а отсюда и могучую действенность его руководства, - ибо голос Сталина является голосом всего советского народа, выражает его волю, его думы и чаяния.
Множество произведений советских поэтов о Сталине написано в честь победы в Великой Отечественной войне. Этому посвящен ряд стихотворений М. Исаковского, А. Твардовского, А. Суркова, В. Лебедева-Кумача и многих других поэтов.
Сталин - творец победы. Сталин и победа неизменно сопутствуют друг другу:

И в сердцах наших верных слилось
Слово Сталин со словом Победа, -

восклицает поэт А. Сурков.
Все эти произведения исполнены чувства величайшей благодарности народов советского государства к своему вождю и полководцу. Это всенародное чувство выразил М. Исаковский в стихотворении "Слово к товарищу Сталину":

... Спасибо Вам, что в дни великих бедствий
О Всех о нас Вы думали в Кремле,
За то, что Вы повсюду с нами вместе,
За то, что Вы живете на земле.

В дни мира, как и в дни войны, мысли и чувства советских людей постоянно обращены к товарищу Сталину. Об этом произведения, удостоенные Сталинской премии за 1949 год: повесть В. Пановой "Ясный берег" и поэма А. Яшина "Алена Фомина".
В "Ясном береге", когда скромная учительница размышляла о том, что народ доверил ей ответственное дело воспитания детей, ей захотелось представить себе народ в целом. Однако это ей никак не удавалось: она видела только очень много людей, знакомых и незнакомых, "лица возникали и проплывали...". "Но вот всплыло одно лицо, знакомое до мельчайших черт, хотя она видела его только на портретах; и с ним она заговорила в мыслях: "Товарищ Сталин! - сказала она. - Я понимаю, как это трудно. Но я отдам сердце..." Когда директор совхоза весенней ночью думает о советском народе, о своём служении ему, о единстве с ним, перед ним также возникает образ вождя: "А в далёкой Москве, может быть, отворил окошко, закурил трубочку, заслушался перестука капелей самый драгоценный в мире человек, любовь и слава народа - Сталин..." Сознание советским народом руководящей роли  Сталина  выражено в словах секретаря райкома: "Повел нас в Отечественной Сталин, и мы победили. Ведет нас Сталин, и мы претворяем в жизнь самую высокую - нету выше! - мечту человечества".
Произведением, в котором сделана попытка показать значение Сталина для советского народа, является "Слово о первом депутате", написанное Л. Леоновым в связи с выборами в Верховный Совет СССР в 1946 году.
Жизнь Сталина, говорит Леонов, - это "прежде всего книга титанического труда". Писатель повествует о том, как Сталин продолжал дело Ленина, как вел он  государственный корабль в годы пятилеток, мудро и предусмотрительно выковывал индустриальную мощь страны и как в суровую годину Великой Отечественной воины он стал "самым передовым солдатом в самой передовой цепи".
Великий вождь, говорит писатель, в каждого из нас, советских людей, вложил частицу своей воли - "роздал нам себя". Закалённым стал наш народ, приобщившись к великой силе гения Сталина, имя которого "сделалось нынче паролем победы, содержанием эпохи и биографии страны". Потому-то с именем Сталина на устах совершали беспримерные подвиги и умирали советские люди. Потому-то "выше всяких наград было нам его тихое поощрительное хорошо, способное даже по радио, через десяток тысяч таежных километров, вздыбить морскую волну, двинуть сухопутное железо и воспламенить людские души...".
Слово писателя приобретает особенную лирическую силу, когда он говорит о том, с какой любовью всматривается народ в дорогие черты Сталина.
Сочетание в Сталине простоты, внешней "обыкновенности" с колоссальностью гения, олицетворяющего величие и мощь всего советского народа, показал Л. Леонов в заключительной сцене пьесы "Нашествие" (1942).  В этой сцене показаны постоянная взаимосвязь вождя и народа и безграничная вера советских людей в Сталина.
В тюрьме, устроенной гитлеровцами на оккупированной территории, старик-колхозник говорит мальчику, что Сталину известно про него, юного солдата, которому предстоит умереть за русскую землю. На наивный вопрос, по телефону или по радио сообщили о том вождю, старик мудро отвечает, что про это "из сердца в сердце передают". В конце сцены, когда возобновляется разговор о Сталине, мальчик спрашивает, где старик видел вождя и большого ли он роста, и слышит такой замечательный ответ: "Так, по сельскому хозяйству видались. Диковинку я одну вырастил... Залища просто-орная была, и нас поболе тыщи. А пустынно вроде и как-то каменно. И вошел один человек, и враз местечка лишнего не стало. Тесно стало и пламенно". И вот с площади, где совершалась казнь партизан, слышен замирающий возглас: "Сталин!" "А росту он будет вполне обыкновенного..." - продолжает старик. В этот момент, как бы в ответ на призыв, спускается советский воздушный десант. "Дедушка, - кричит мальчик, - парашуты, па-рашуты! В небе тесно стало, дедушка!" Так оправдались мудрые слова старика. Благодаря постоянной заботе вождя, к захваченным фашистами советским людям подоспела помощь. "Сталин, Сталин пришёл..." - плача от счастья, говорит мальчик.

В 30-40-е годы в СССР не было писателя, который в своём творчестве не коснулся бы сталинской темы. Это была та обязательная тема, в которой должен был отметиться каждый. Впрочем, это не было проблемой, проблемой для советских писателей было сказать о Сталине своё, веское и оригинальное, прочувствованное слово, желательно такое, которое дошло бы до Кремля.
Не нужно стыдиться панегириков Сталину, созданных советскими писателями. Ведь в этих произведениях нашла отражение реальная история страны и выражены  реальные чувства наших отцов и дедов. Как сказал классик,

Кто прячет прошлое ревниво,
Тот вряд ли с будущим в ладу...

Что нынче счесть большим, что малым --
Как знать, но люди не трава:
Не обратить их всех навалом
В одних непомнящих родства  (А.Твардовский «По праву памяти»).